Водонаева: Как можно выступать после аннексии в Крыму и потом хотеть ехать в Украину на съемки?
РУС ENG
Москва C
Расскажем » Украина » СМИ Украины » Водонаева: Как можно выступать после аннексии в Крыму и потом хотеть ехать в Украину на съемки?
Свежие интересности
Все интересное

Водонаева: Как можно выступать после аннексии в Крыму и потом хотеть ехать в Украину на съемки?

Каким был город Тюмень в 90-е годы, почему она не купила недвижимость в аннексированном Крыму, во сколько лет начала заниматься журналистикой, а также – о "путинских холуях", скандалах на реалити-шоу "Дом-2", российской пропаганде, отношении к президенту РФ Владимиру Путину и изнасиловании в 14 лет рассказала в эфире авторской программы основателя интернет-издания "ГОРДОН" Дмитрия Гордона российская ведущая, писательница и блогер Алена Водонаева.  
– Алена, добрый вечер.
– Добрый вечер, Дмитрий.
– Я очень рад, что мы сегодня с вами так встречаемся. Пускай заочно, но все равно. Вы необыкновенно красивы. Иного я и не ожидал увидеть.
– Спасибо.
– Вы росли в Тюмени – в краю, где очень много украинцев, насколько я знаю. Что из себя представлял город Тюмень времен вашего детства и юности?
– Это был уютный город. Я родилась в Советском Союзе. И когда я родилась, меня еще отпускали родители с бидоном за квасом и одну в магазин. Преступности не было, она была на низком уровне. И даже когда родился мой брат, иногда меня отпускали на молочную кухню за молоком. Хотя это еще дальше было. Самые добрые воспоминания у меня о раннем детстве.
И потом, когда уже случилась Перестройка, Тюмень окрасилась серыми цветами, уже преступность и бандитизм были на таком уровне, что выйти из подъезда и узнать, что в соседнем подъезде кто-то умер от рук преступника и несколько ножевых ранений, стало нормальным. Мой характер закалился, наверное, в подростковом возрасте, потому что Тюмень поменялась очень сильно.
Но родилась я в очень добром, хорошем, уютном городе. И, наверное, еще заслуга моей семьи – как я воспринимаю свой город. Потому что у нас была очень дружная семья, и мы всегда с родителями, сколько я себя помню, проводили время вместе. Я никогда себя не чувствовала одинокой. И о Тюмени у меня остались самые приятные впечатления.
– Кто ваши родители, Алена? Чем они занимались?
– У моего отца несколько образований. А когда я родилась, он работал в аэропорту Рощино, был летчиком. Я не помню, в каком военном училище он выучился. Если бы знала, что вы зададите такой вопрос, я спросила бы у папы. Потом его укусил энцефалитный клещ – и, к сожалению, по состоянию здоровья ему нельзя было, чтобы работа была связана с авиацией. Он получил историческое образование. И как-то не сложилось у него с историей.
Он практически сразу потом получил медицинское образование и стал директором протезно-ортопедического предприятия в Тюмени. Он ставил руки, ноги инвалидам таким, за которых никто браться не мог, потому что были сложные случаи. У него самого отец, мой дед, был на протезе. И как-то вот отец знал, как это все делать. Очень много людям помогал.
Мама моя по образованию экономист. И она проработала сначала 13 лет преподавателем экономики, а потом она ушла работать в "Сбербанк". Говорит, что это были самые ужасные годы в ее жизни и работе.
– Вы в достатке росли или проблемы были?
– Мы были среднестатистической, обычной семьей, но у которой появился видеомагнитофон, когда еще у многих знакомых его не было. Каким-то образом родители его достали. Я помню, что у нас всегда было мясо.
И почему-то родители очень часто в 90-е запасались 50-килограммовыми мешками сахара и картошки. У нас всегда был мешок 50-килограммовый сахара и картошки. Поэтому я считала, что мы богаты, живем в достатке: у нас есть сахар, картошка, есть автомобиль. Сначала был "Запорожец" у отца, потом он накопил на "Жигули". Такая, чуть-чуть даже, можно сказать, зажиточная семья.
Но не олигархи и без понтов.
– Вы окончили филологический факультет Тюменского государственного университета по специальности "журналист". Сразу пошли работать на телевидение?
– Я начала работать на телевидении еще на первом курсе. Мне удавалось совмещать работу и учебу, несмотря на то, что я училась очно и у меня был принцип "никогда не пропускать пары".
То есть я прекрасно понимала, что даже если я не уловлю какую-то информацию, мое присутствие на семинаре всегда мне сыграет в плюс. Преподаватель видел, что я присутствовала, – значит, как-нибудь разговор вырулится все равно в мою сторону. Так и было, в принципе.
Потому что, например, мне очень тяжело давалась политология, очень тяжело давалась экономика, которая тоже была на журфаке, но тем не менее из-за того, что я не пропускала, я хорошо окончила университет. И работать я начала на первом курсе. Я пошла в редакцию телеканала "Ладья" и работала криминальным корреспондентом.
– Это же ужас, да? Криминальным корреспондентом работать. Это и трупы, и катастрофы, аварии – все что угодно. Вы насмотрелись много вообще в своей жизни?
– Да, я насмотрелась очень много. Причем я довольно хладнокровно всегда работала, понимая, что это моя задача – осветить ситуацию, какой бы чудовищной она ни была. И поэтому когда я на сегодняшний день читаю новости у нас в России, что доцент [Олег] Соколов расчленил свою любовницу – или вот недавно расчленили рэпера, – я на это очень спокойно, цинично реагирую.
И начинаю думать: "Ага... Какой бы вопрос я задала сейчас Соколову или жене рэпера?"
– А какой вопрос вы бы им задали?
– Я всегда спрашивала преступников об их мотивах. Мне всегда, когда люди совершали какие-то чудовищные преступления, было и страшно с ними общаться, но в то же время очень интересно понять истинную причину.
Ведь преступник – это такой же живой человек, у которого есть свои мотивы, чтобы совершать эти чудовищные вещи. Ну, над всякими воришками и карманниками я стебалась и спрашивала: "А вы работать не пробовали нормально?" Чуть-чуть даже где-то издевалась.
– Когда вы видели трупы, расчлененку, страшные ДТП, убийства, ничего не екало в груди, никаких проблем не было?
– Вы знаете, Дмитрий, екало, только когда ситуации касались детей. Когда какой-нибудь пьяный водитель, почему-то вдруг решивший, что он пуп земли и позволивший себе сесть за руль, едет и сбивает, например, детей, которые переходят дорогу.
И вот приезжают матери на место событий, сидят на дороге и ревут над телами детей – вот это было сложно. У меня было пару раз такое, что я не привозила шефу материал. Получала, конечно, за это выговор, но я не могла подойти к матери, я не могла описать ситуацию, потому что меня по-человечески просто выбивало из себя. Я не могла сделать такой сюжет.
Такое было пару раз. И это все было связано именно с детьми.

Оцените статью:
Сообщество ВКонтакте: заглянуть
Добавить комментарий
Или водите через социальные сети
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Экспресс-опрос
Будет ли Россия строить газопровод "Северный поток-3"?
Лучшее из последнего
Мультимедиа
Три мифа про алкоголизм, в которые многие верят
Как отличить КОВИД от ГИППА и ОРВИ? Сравнительная таблица признаков
Сколько лет должен жить человек?
3 продукта, влияющих на отложения висцерального жира
Как в конце 80-х и начале 90-х покупали водку? Вспомним все